Содержание беседы такое:

1. Специфика информационной безопасности в регионах.
2. Какие риски информационной безопасности принесет с собой распространение платежных систем.
3. Антивирусы в облаках — как это выглядит?
4. Как разработчикам сервисов обеспечить безопасность своих решений.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news10730/ | нет комментариев

Сегодня мы разговариваем с Дамиром Галимовым, руководителем компании «Деловая Культура», о том, как пришла в Удмуртию технология EDI и что это значит для развития экономики в регионе.

Ижайти: Прежде, чем говорить конкретно об EDI в Удмуртии, надо понять: почему внезапно у нас эта тема получила свое развитие – что было раньше, что мешало, а что помогает теперь?

Д.Г.: Тема EDI возникла не внезапно. Только мы занимаемся этим уже два года, а до этого ИТ-руководители ведущих ритейлеров республики организовали своеобразный клуб и в его рамках регулярно встречались и думали над решением вопроса оперативного обмена первичными документами между ними и поставщиками. Они шли по своему пути – придумывали собственные форматы данных, даже успели наладить операционный обмен электронными данными между поставщиками без печати документов. Иными словами, потребность в таком механизме у крупных компаний возникла давно, но путей решения не было.

Пару лет назад этот вопрос стал более острым, поскольку своими силами его решить было сложно. И один из ритейлеров пришел к нам с вопросом «а что еще можно здесь сделать?» — и тогда уже мы занялись этой темой, детально изучили законодательство, опыт зарубежных компаний. В Европе, кстати, почти 90% первичной документации пересылается в электронном виде.

Ижайти: Надо немного уточнить по первичной документации: это счета-фактуры, заявки… что еще?

Д.Г.: Типовая цепочка процесса для торговой сетий такая: поставщик предлагает ритейлеру прайс-лист, тот, соответственно, выбирает в нем определенные позиции и делает заявку. Ритейлер эту заявку получает, утверждает, отгружает товар – тут появляется такой документ, как накладная, потом выставляет счет на оплату и счет-фактуру. Говоря про первичную документацию, я имею ввиду именно эти документы, которые сопровождают любые торговые сделки.

Ижайти: И вы за основу своих решений взяли европейский опыт?

Д.Г.: Да. Сама концепция EDI там существует уже давно, она уже успела претерпеть некоторые изменения – на ее основе мы разработали собственное ПО и предложили это клиентам.

Но и этого оказалось недостаточно, так как в регион активно начали заходить федеральные торговые сети – X5 Retail Group (Карусель, Пятерочка, Перекресток), Магнит, Real, METRO. Они уже давно используют технологию EDI  в своей деятельности, причем многие не принимают никаких других форматов взаимодействия с поставщиками. Эти ритейлеры обычно подключены сразу к нескольким федеральным EDI-провайдерам, чтоб не ограничивать своих поставщиков в выборе поставщика услуг, но при этом иметь возможность требовать от поставщика работы через EDI.

Ижайти: То есть, какого-то одного провайдера они не навязывают?

Д.Г.: Нет, они предлагают ряд рекомендаций, но поставщик выбирает EDI-оператора сам. У каждого провайдера свои условия, тарифы, преимущества.

Ижайти: И, понятно, вместе с федеральными ритейлерами местные поставщики и торговые сети также будут вынуждены пользоваться услугами рекомендованных провайдеров.

Д.Г.: Да, стало очевидно, что многие местные поставщики федеральных торговых сетей будут вынуждены подключиться к одному из федеральных провайдеров, рекомендованных торговой сетью. Безусловно, таким поставщикам надо будет помочь разобраться во всех нюансах EDI и подключить их к тем же федеральным провайдерам. В результате мы заключили партнерское соглашение с одним из федеральных EDI провайдеров и помогаем его клиентам преодолеть все технические и организационные трудности, разобраться со всеми стандартами.

Ижайти: Кстати, о стандартах. Как эта тема развита в нашем законодательстве (в т.ч. региональном)?

Д.Г.: Когда мы говорим про EDI, то надо помнить, что это – международные стандарты сообщений и протоколов обмена данными. Есть такая некоммерческая организация ECR-RUS, которая занимается как раз адаптацией EDI к российским реалиям — убирает все ненужное (лишние отраслевые требования, их больше 50) и приводит стандарты к понятному виду. В итоге, они не противоречат мировой практике и подходят к нам.

Провайдеры сертифицированные ECR-Rus в этом году

А что касается законодательства – каких-то местных особенностей мы не обнаружили. Когда мы начинали, то российское законодательство не в полной мере позволяло получить преимущества от EDI, но уже тогда было видно, что оно движется в правильном для EDI направлении. Я сейчас говорю об изменения в законе об ЭЦП и об электронных счетах-фактурах.

Ижайти: Понятно. А насколько готовы региональные компании к использованию EDI?

Д.Г.: Как я уже упоминал, крупные местные компании, чей документооборот составляет сотни тысяч первичных документов в месяц, созрели уже давно. Понимание необходимости решений в области автоматизации их обмена давно было – не было только четкого представления, как это сделать технически и организационно.

Ижайти: Вендоры никаких решений раньше не предлагали?

Д.Г.: Дело в том, что компании хотели, чтобы вендор пришел и предложил какое-то общее решение всем сразу. А вендоры хотели работать с каждой компанией по отдельности. Возникло определенное непонимание: компании не видели смысла в том, чтобы вендор работал по отдельности с каждым и как так вообще можно подключать не всех сразу; вендору, у которого все уже стандартизировано и уложено в сценарии, как раз удобнее было работать так. Подключай в любом количестве и в любом порядке – все равно будет работать.

Ижайти: Идейно были готовы, понятно. А инфраструктурно?

Д.Г.: Безусловно, важную роль играет качество внутренней ИТ-инфраструктуры клиента, как настроена и работает его учетная система, как осуществляется документооборот с филиалами и так далее. Надо отдать должное – в наших компаниях тут все в порядке. Нам вообще не потребовалось значительных усилий, чтобы интегрироваться в их ИТ-среду.

Я успел поездить в соседние регионы, посмотреть их готовность и могу сказать, что во многих посещенных мной торговых сетях внутренняя подготовленность значительно ниже чем в Удмуртии.

Ижайти: Почему EDI становится актуальным для Удмуртии – понятно. А есть ли какая-то специфика прихода EDI в Удмуртию?

Д.Г.:  Я бы выделил специфику не по Удмуртии в целом, а по ритейлерам – тем, кто работает по региону, и тем, кто работает на федеральном уровне.

В федеральных сетях, как правило, все магазины консолидируют заказы поставщикам в одном месте (ЦОД). Там сидят отдельные менеджеры по закупкам, которые собирают остатки с магазинов и пересылают заявки поставщикам. Все, конечно, зависит от формата магазина: если это крупный супермаркет, то заявки с них собрать можно быстро, а если это формат «магазин у дома», то речь идет уже о тысячах заявок с одного города – иногда и ночи не хватает, чтобы их обработать.

По мнению многих региональных сетей – это приводит к пустым полкам в магазинах из-за задержек в прохождении документов, потому такая политика для них недопустима. Заказы должны отправляться поставщикам прямо из магазинов, накладные должны приходить и проверяться тоже в магазинах, а в единый центр документы должны «стекаться» уже потом, когда товар на полках, а документы проведены. Благодаря этому товар в магазинах свежее и, что самое главное, он там есть.

И здесь как раз пригодился наш, местный сервис, который как раз и позволяет принимать заказы непосредственно из магазинов и отправлять его поставщику через сервис федерального EDI-провайдера, то есть, мы дали «внутренний» EDI для распределенной организации, работающий по тому же принципу, что и «внешний» EDI.

Ижайти: Давай сделаем небольшое отступление и попробуем в общих словах рассказать, как выглядит сервис EDI.

Д.Г.: EDI сегодня выступает в двух ипостасях. Первый – веб-EDI – который хорошо подходит небольшим торговым сетям и магазинам. Это небольшой оборот, в пределах 30 заказов в месяц. Пользователи просто заходят на некий портал, вводят логин/пароль – и получают доступ к своему функционалу, видят все заказы и поставки, формируют всю «первичку» и ответные документы (накладные и так далее). Это не совсем полноценный EDI, но он позволяет небольшим компаниям за небольшие деньги решать свои вопросы обмена документами с крупными торговыми сетями.

Схема от КОРУС Консалтинга

А полноценный – второй вариант – интегрируется с учетной системой предприятия. Ставится специальное ПО, которое получает данные от сервера провайдера и грузит их в учетную систему, например, 1С. И менеджер по поставкам видит заказ от магазинов уже у себя в 1С в виде документа «Заказ покупателя». Это не столько обмен документами, сколько обмен данными в определенном формате.

Но следует помнить, что EDI-провайдер – это не только «транспорт» для данных, это еще и регулятор стандартов, консультант и т.п. Он может выступать в суде при решении тяжб о нарушении договоров поставки. Прецедентны такие уже были.

Ижайти:Ну, хорошо, давай вернемся к EDI в Удмуртии. Как, по твоим прогнозам, будет поделен наш EDI-сегмент среди основных игроков? Кто из местных ИТ-компаний будет на нем представлен, удастся ли им противостоять крупным федеральным провайдерам?

Д.Г.: Самым первым EDI-провайдером в России была компания КОРУС Консалтинг СНГ. Она предоставляет сервис польской компании Comarch. Второй – украинский провайдер Sуstem Group Rus, чей продукт называется eXite. Еще один крупный игрок – компания CISLink. К этим трем провайдерам подключено большинство торговых компаний, между ними есть настраиваемый роуминг (поставщики через разных провайдеров могут обмениваться данными). Есть еще 1С-Сеть и относительно молодая федеральная компания Edisoft, но про них особо сказать нечего.

Трудно строить прогноз по Удмуртии. Сейчас федеральные провайдеры только входят в регион. Некоторые находят здесь партнеров, другие, напротив, работают издалека. Не секрет, что рынок EDI определяют крупные ритейлеры – к какому провайдеру они подключатся, к тому и пойдут поставщики, а значит и рынок EDI. А к кому подключится больше поставщиков, к тому подключатся и новые торговые сети.

Сейчас, насколько мне известно, наши торговые сети любо не подключены вообще, либо подключены к КОРУС Консалтингу. Зачастую ритейлеры подключаются к двум-трем федеральным провайдерам, но не уверен, что это будет оправдано на региональном уровне.

Что касается противостояния федеральным провайдерам, я считаю это бессмысленным, потому для себя мы выбрали модель сотрудничества. Федеральный провайдер обеспечивает внешнюю связь с торговой сети с произвольными организациями, а мы доставляем эти же документы далее, до каждого магазина, склада и тесно связанной организации.

Ижайти: А кто сейчас из «федералов» уже тут?

Д.Г.:  В Ижевске уже есть представительства двух провайдеров: мы у КОРУС Консалтинга и компания ИжИформПроект у CISLink.

Ижайти: Какой бизнес их интересует в Удмуртии, кроме ритейла?

Д.Г.: Трудно сказать в целом, вопрос открытый. EDI нужен тем, у кого огромный объем внешнего обмена данными – это компании, которые постоянно покупают и продают, оказывают много услуг. Например, сейчас EDI активно идет в банковский сектор.

А в целом насыщение регионального рынка EDI уже близко, на нем уже довольно тесно – пришли все и сразу, а новые игроки вряд ли появятся.

Ижайти: Хорошо, и под занавес: как развитие EDI повлияет на регион? Приведет ли появление EDI к развитию идей юридически значимого обмена электронными документами между разными компаниями в регионе?

Д.Г.: Безусловно, приведет. Хотя, по моему мнению, это произойдет не на региональном уровне – скорее на федеральном. Мы уже сейчас можем предоставлять услуги и по юридически значимому электронному обмену первичными документами, договорными и прочими документами. Более того, в ряде регионов, благодаря нашим сервисам, документы EDI могут быть преобразованы в необходимый государственным органам формат и отправлены им. Сейчас мы работаем над предоставлением аналогичных сервисов и в нашем регионе.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news10650/ | нет комментариев

***

Ижайти: Про фестивали ясно. Теперь давай подробнее расскажи про свою команду. Что такое Skrju? Почему такое название?

А.К.: Название произошло от двух английских слов: «sсream» и «crew». Sсream – это наш электронный журнал, который мы делали одно время.

Ижайти: Вы еще и журнал успевали делать?!

А.К.: Ага. В 2000 году я познакомился с парнем по имени Кирилл Глущенко из Калининграда. К тому времени наши творческие пути с Мишей уже разошлись. Мы с Кириллом какое-то время просто общались, потом решили делать что-то свое, что-то новое. Тогда еще среди демо-команд было очень популярно делать свой журнал или газету.  Газета – это, как правило, был текстовый файлик в какой-то своей оболочке. Журнал был объемом сильно больше, занимал всю дискету.

Обложки электронного журнала Scream, все выпуски можно прочитать тут. Есть и онлайн-версия krik.skrju.com

Так вот, мне было 14 лет, Кириллу было 16, мы ничего не умели, ни в чем не разбирались, потому решили делать журнал. Примерно такой подход был и у остальных ребят нашего возраста. Поэтому в начале двухтысячных был журнально-газетный бум – практически каждая команда выпускала какой-то свой вестник, а некоторые даже по два. Блогов тогда не было, а высказаться хотел каждый.

Ижайти: А у нас в прессе такое сплошь и рядом: ничего не умеешь – иди в журналистику!

А.К.: Да, как-то так и есть! В общем, мы писали репортажи с фестивалей, новости. Люди знали, что мы делали журнал, присылали нам свои статьи о состоянии дел, например, в Челябинске или Старом Осколе, или где-нибудь ещё. Мы писали обзоры на демы, которые выходили в текущем году…

Ижайти: А как выглядит обзор на дему? Так же, как и на игру: звук 5, графика 5, сюжет 3?

А.К.: Почти. Ну, никто не знал, как писать обзоры, потому каждый писал о своем. Анализировал, как мог, выводил вердикт – «крепкий середнячок» или достойная работа. Писал своё субъективное мнение, в общем.

Распространяли журнал привычным методом – по друзьям. В итоге, все, кто хоть как-то варился в этой культуре, наш журнал почитали.

После первого номера мы проснулись знаменитыми. Про нас самих начали писать, а мы друг друга с Кириллом даже в глаза не видели. Потом вышел второй номер, скандальный – мы были подростками, нам хотелось выпендриться. Сделали дизайн «вырви глаз», многих обругали (заслуженно и справедливо). Кстати, забегая вперед, скажу, что Кирилл потом переехал из Калининграда в Москву, какое-то время работал в Афише, в F5, в очень солидных изданиях.

Ижйти: А как вы до самих демосцен добрались?

А.К.: Вот в 2002 году мы решили сделать дему для фестиваля в Казани – это тот самый питерский фестиваль, который на два года переехал в другой город. Кирилл занимался графикой и дизайном, я программировал, а идеи были общие. Наша демка называлась «Summermilk».

Summermilk

Надо отдельно сказать, что в то время была особо популярна некая группа под названием Варга. Ее лидера звали Монгол, он жил в Ижевске. Настоящее имя, кажется, Анатолий, фамилию уже не вспомню. Эти ребята делали маленькие рассказы, выпускали их в виде электронных литературных сборников со своей оболочкой и называли их – литы. В 2001 году мы с Кириллом к ним примкнули.

Так вот, Summermilk была основана на одном из литов. Сюжет был таков: лето, солнышко, цветы, птички поют, детишки играют, все прекрасно, а потом главный герой, который все это описывает, берет ружье и убивает своего дедушку. Мы взяли это все, раскрасили в разные цвета, графику почти не использовали – просто какие-то силуэты геометрических фигур и текст на английском языке. И вот такую дему мы выставили.

Fuck You Scene

На том же фестивале было еще 8 работ, в том числе от группы Плацебо из города Ковров, которая считалась очень крутой, фаворитом всех фестивалей. Мы заняли второе место с небольшим отрывом от их работы. Наша дема была признана новаторской, она серьезно пошевелила некоторые традиции тогдашней демосцены на ZX Spectrum, которые к тому времени уже успели закостенеть.

С тех пор мы начали каждый год делать демы в таком ключе: активно использовали текст, старались включать в дему сюжет. За музыку отвечал Олег — музыкант из Краснодара, у которого мы сначала просто просили музыку, после чего он присоединился к нам на постоянной основе.

В 2003 году показали в Казани дему «Fuck You Scene». В 2004 мы сделали уже две демы – Father и Mother. Вторая состояла из фотографий с пониженным качеством и белым шумом на фоне, она шла больше 10 минут. Ее просто не допустили до конкурса, показывали отдельно, и реакция была очень неоднозначной. Мы углубились в экспериментальщину, но победных мест не занимали – такой цели и не было.

Father

В 2006 году так получилось, что у нас с Кириллом произошли в жизни кое-какие изменения, потому для ZX Spectrum мы ничего не делали. Я переехал в Рыбинск, где уже долго время существовала самая многочисленная в России группа демосценеров — Cyber Punks Unity. Там было больше 20 человек, что было совершенно не характерно для групп, которые занимались демосценой. И в 2007 году Skrju получила второе дыхание именно благодаря свежей крови из Cyber Punks Unity – к нам пришла Таня, художница и фотограф.

В 2007 мы втроем – я, Таня и Олег — сделали дему и отправили ее на международный фестиваль в Словакии, который называется Forever и проводится ежегодно с 1998 года. Это один из самых старых и авторитетных зарубежных восьмибитных фестивалей. И мы на нем заняли первое место. В качестве приза нам прислали mp3-плеер и три футболки.

Almost Here — дема, с которой Skrju заняли первое место на Forever'2007

Ижайти: Что-то не густо для международного фестиваля.

А.К.: Ну, он мало чем отличался от наших фестивалей, не смотря на то, что международный. Там, как и у нас, денег не было, все построено на голом энтузиазме, да и работы на конкурс высылаются не ради призов. И вообще на фестивалях призы дарили редко, никто по этому поводу вообще никогда не жаловался.

Dreamers, дема, взявшая 3-е место на Chaos Construction 2008

Вот целый год мы работали вместе в Рыбинске, потом в 2008 году я вернулся в Глазов.

Ижайти: А вообще много людей по стране еще занимаются демосценой? Сколько команд?

А.К.: В начале 2000х команд было довольно много – сложно сосчитать. Активных и что-то регулярно делающих — возможно около 50 по всей России.

Ижайти: Всего?!

А.К.: Это только те команды, которые работали над демками постоянно. На самом деле, команд было много, просто для многих же это дело не было основным, многие занимались другими делами — делали игрушки, например.

And then, 1 место на Chaos Constructions 2010

Сейчас команд, разрабатывающих, демо на ZX Spectrum осталось мало. Не больше десяти. Среди них мы – Skrju. В Перми тусовались две команды: 4^th Dimension и Triebkraft.  В Нижнем Новгороде есть команда Demarche. Это все прекрасные люди, хорошие знакомые и друзья. Все они до сих пор делают демки на постоянной основе.

Ижайти: А из удмуртских демосценщиков кто остался?

А.К.: Из последних героев: в 2006 году ижевские команды X-team и Milytia объединилась с ребятами из Чайковского из группы Simbols, вот они делали интересные вещи. В последнее время они в основном занимаются графикой. Из дем давно ничего не делали, но я думаю, ещё обязательно сделают.

Ижайти: А, в целом, что сегодня с демосценой происходит? Все плохо?

А.К: Вовсе нет! В одно время, да, был провал, связанный с естественным взрослением участников. А сегодня же все довольно оптимистично: сейчас люди уже повзрослели, решили вопросы с жильем и работой, вырастили своих детей до школьного возраста и вновь могут заняться демосценой.

Chaos Constructions 2011. Все фото можно посмотреть тут.

Потому в последние два года наблюдается какая-то динамика,  возвращаются старые команды. В прошлом году, например, вернулась группа, о которой лет шесть ничего не было слышно.

Раньше на демо-пати приезжали подростки в свитерах, ели дошираки и искали мелочь на водку. Этим летом на фестиваль в Нижнем Новгороде эти же бывшие подростки приезжали уже с айпадами на своих полноприводных автомобилях и привозили с собой ящики виски.

Ижайти: То есть, судьбы многих демосценщиков сложись в целом удачно?

А.К: Еще как. Почти все ребята, которые увлекались этим, работают сегодня в ИТ-сфере, в дизайне, в геймдеве. Некоторые переходили в ИТ-бизнес прямо целыми командами. В Великом Новгороде была группа, которая называлась Digital Reality – они сейчас уже под другим названием делают игры для мобильных платформ.

Летний фестиваль DiHalt 2010. Все фото можно посмотреть тут.

Демосцена, как и многие другие творческие занятия для молодых, дала возможность этим ребятам как-то найти свое место в мире, даже свою профессию. И сейчас ZX Spectrum стоит у многих дома, как электрогитара у бывших рокеров, в почетном углу. Но пыль никогда не оседает там. И чем быстрее развиваются технологии, тем та самая демосцена становится круче, винтажнее, интереснее для сообщества.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news10356/ | комментарии — 11

Речь пойдет о демосцене — особом виде искусства, в основе которого лежит чистое программирование. О ней нам будет рассказывать один из старейших в Удмуртии участников этого движения — Александр «sq/skrju» Колногоров. Беседа с ним получилась очень уж объемная, а с иллюстрациями — и вовсе не подъемная для чтения с экрана. Потому мы разделим это интервью на две публикации.

Ижайти: Давай начнем с предисловия. Что в мире демосцены происходило до твоего пришествия? С чего началось?

А.К.: В 1996 году в Петербурге прошел фестиваль демосцены Enlight. Это было первое мероприятие всероссийского масштаба (вообще, первый Enlight прошёл в 1995 году, но ZX Spectrum – а говорим мы преимущественно о нём – был представлен только в 1996). Тогда еще толком никто ничего не знал, не понимал, но интерес был. На Amiga, Commodore и PC были уже свои развитые движения. А для фанатов ZX Spectrum (самой популярной платформы в России, чьих клонов в стране тогда было полно: Дубна, Пентагон, Скорпион и т.д.) демосцена еще была в новинку. Вот это и было начало. Приехали какие-то люди, показывали свои демы, а остальные смотрели и думали – «что это вообще такое?»

Обложки электронного журнала ZX-Format, посвященные фестивалю Энлайт.

Ижайти: В чем главный видовой признак демосцены?

А.К.: Как правило, дема представляет собой какой-то экшен на экране. Какой-то изменяемый видеоряд.

Ижайти: По факту, это самостоятельная, отдельно запускаемая программа?

А.К.: Да. Весь контент демки – звук, анимация, графика – строится в программе процедурно. На Spectrum (а я буду рассказывать про него, поскольку с ним и работал всю жизнь – ну так сложилось) иначе просто никак, это особенность платформы – там мощностей железа просто не хватало для хранения мультимедиа. Сделать ролик, как в кино, по кадрам на Spectrum почти невозможно. Бывало и такое, когда часть анимации была отдельно как-то хитро запакована, на фестивалях это разрешалось.

Ижайти: Как жило сообщество демосценеров в те времена? Как взаимодействовали, общались?

А.К.: Понятно, тогда интернетов не было, все менялись дискетами по почте. Просто брали дискету с новыми файликами (тогда это называлось «новьё»), запаковывали в конверт и отсылали своим друзьям.

Ижайти: А как нужные адреса находили?

А.К.: Это называлось «свапом» (от английского «to swap» — обмениваться, — прим.ред). Просто знакомые менялись дискетами или адресами друг с другом. Типа, «вот тебе адрес, там чувак интересный, в теме, разные штуки придумывает и делает». Ты ему писал, отправлял что-то свое, он отвечал, завязывалось какое-то знакомство. Так совершенно незнакомые люди находили друзей по интересам за 1,5 десятка лет до бума социальных сетей и без всякого интернета.

Таким же образом распространялись и некоторые электронные журналы. В середине девяностых было два таких журнала – Спектрофон (Москва), который изначально был посвящён зарубежным и отечественным играм, и ZX-Format (Петербург), который помимо игр освещал вопросы зарождающейся спектрумовской демосцены. Там публиковались интервью, обзоры, исходники, адреса (почтовые!) людей — в общем всё, что было нужно.

Так выглядели статьи в электронном журнале ZX-Format. Кстати, почтитать их можно тут.

Ижайти: А у тебя с чего все началось?

А.К.: ZX Spectrum у меня появился в 7 лет. Я пошел в первый класс, мне подарили компьютер «Компаньон 2». Ижевского, кстати, производства. Такой компьютер был практически у всех моих знакомых.

Первое время играл в игрушки. Потом появлялись модификации с расширенной памятью 128 Кб (в оригинальной архитектуре было 48 Кб), музыкальным процессором, который поддерживал трехканальный звук, и дисководами. Это все было круто, давало новые возможности, которыми хотелось пользоваться.

Ижайти: Как ты сам попал в демо-массовку?

А.К.: С демо-движением я познакомился через своих старших друзей, у которых уже были крутые компы, они переписывались с очень многими людьми, им присылали дискеты.

Вот как раз в 1996 году им прислали две дискеты, на которых и были демы с питерского фестиваля Энлайт. Собрались, запустили, начали смотреть. Мы не понимали, что это такое, но это было очень круто. Играла музыка, казавшаяся тогда просто невероятной, все было цветным, были бегущие строки. В общем, мы были в восторге.

Потом эта тема стала активно развиваться в электронных журналах. Как я уже говорил, было два особо популярных журнала в то время. Первый – Спектрофон, издавался в Москве, публиковал материалы в основном по играм. Второй журнал – питерский ZX-Format – как раз был посвящен демосцене и программированию. Оба журнала были платными — их нужно было заказывать: высылать почтовым переводом деньги, а тебе уже присылали дискету. Некоторые вместо почтового перевода присылали деньги в конверте – существовало множество способов хорошо спрятать купюры в обычное письмо или, например, в ту же дискету.

Подборка обложек журнала Спектрофон. Журнал можно почитать тут.

Потом журналы распространялись копированием: у Спектрофона никакой защиты от копирования толком и не было, а ZX-Format был защищён. Правда, это не помогало – его все равно взламывали и копировали.

Ижайти: То есть, заражение демосценой происходило у тебя параллельно с Удмуртией?

А.К.: Да, фактически. Самый расцвет популярности демосцены начался в 97-99 годах, когда компьютеры стали доступнее. В Ижевске как раз в это время началась серьезная движуха – появилось много людей, активно занимавшихся демосценой, они собирались в группы, в которых были свои художники, программисты и композиторы. Одна из наиболее известных ижевских групп называлась Power of Sound.

В Глазове этим мало кто занимался. Сейчас я уже с уверенностью могу сказать, что никто кроме нас и не занимался. Тогда я и мой друг Михаил заразились этой идей и начали экспериментировать. В качестве художника у нас был другой глазовский парень — Иван Еремин (сейчас он работает дизайнером в Ижевске). Был ещё Анатолий – очень крутой программист, физик по образованию. Дмитрий, который занимался в основном свапом и организацией.

Мы долгое время пытались что-то сделать, но уровень задачи был несколько выше наших способностей.

Ижайти: Как в целом выстраивался процесс работы над демой?

А.К.: Каждая группа работала по-своему. Если говорить в целом, то сначала придумывается некая концепция, потом даются задания художнику – нарисовать такие-то картинки, и музыканту – подготовить трек. Чаще всего люди сразу садились за компы и начинали рисовать и писать музыку. Были очень талантливые художники, которые рисовали просто невероятную графику, но от руки на бумаге нарисовать не могли ничего. Иногда художники срисовывали фотографии или какие-то другие готовые картинки.

Потом программист садился и сливал весь контент в единый массив кода. Писали все на ассемблере, поскольку он предоставлял прямой доступ к процессору и давал больше возможностей.

Ижайти: Насколько трудоемким был процесс сведения демы, сколько времени занимал?

А.К.: Если все усреднять, то около месяца. Но при работе с каждой демой у тебя всегда оставались «обрезки»: какие-то процедуры, эффекты, куски кода, которые не вошли в окончательную версию, но готовые к использованию в следующий раз. Такие штуки у каждой команды накапливались в настоящие библиотеки, которые на пару недель сокращали срок работы над новой демой. Иногда дему можно было слепить даже за пару дней: брали движок прошлой работы, докручивали, где следует, приделывали новую музыку, играли с эффектами – и вот новая дема готова. Многие наши последние демы мы так и делали – у меня на это уходила одна ночь.

Некоторые ребята делились своими процедурами с другими демосценерами, выкладывали где-то исходники и т.д. Особенно часто делились друг с другом те, кто в одном городе жили и плотно общались.

Была даже петербуржская группа X-Trade, состоявшая из пяти программистов, которые помимо того, что были авторами журнала ZX-Format, делали движки для других разработчиков. Сами они писали демы в самом начале всей этой истории, но потом увлеклись именно разработкой движков, работой над журналами – у них было их несколько.

Они сделали один самых лучших ассемблерных редакторов для ZX Spectrum – Storm. Я им сам постоянно пользовался, он был чрезвычайно удобный. Особенно удачные у них были решения для обработки трехмерной графики, с которой на Spectrum работать очень сложно. На ассемблере ведь даже не было процедур умножения и деления, их надо было писать самому. Вот мы и брали готовые процедуры.

Ижайти: Ладно, теперь о том, как все было в Удмуртии.

А.К.: Самое интересное началось в 2001 году, когда в Ижевске прошел первый свой собственный фестиваль демосцены. Он назывался ASCII, название расшифровывалось как Alternative Spectrum Compo in Izhevsk.

Фестиваль проходил в каком-то клубе юных техников, где была возможность взять в аренду компьютерный зал. Поставили три монитора, чтобы можно было в разных углах помещения комфортно за всем наблюдать, подключили их к одному компьютеру. Нагнали людей — человек 30-40.

Приехали люди из Перми, Сарапула, Воткинска, Глазова. Здесь свои работы представили несколько команд. Одна была от Power of Sound. Была еще ижевская группа Brutal Creators. Приехали ребята из Сарапула – Unlimited Land – они не выставляли дему, но участвовали в конкурсах графики и музыки.

Дема от команды triebkraft+4d, взявшая первое место на ASCII 2002

Сами конкурсы проходили классически: собирали все работы и включали по очереди без названий – чтобы народ голосовал именно за работу, а не за имя. Объявляли трек номер один, потом второй – и ты сидишь, голосуешь. Так же с графикой – показывали картинки по очереди. Голосовали зрители, жюри не было. Это такая сложившаяся традиция: ты покупаешь билет за символическую сумму и тем самым ты получаешь место в народном жюри и бланк для голосования.

Ижайти: А ты что-то показывал на этом фестивале?

А.К.: Да, как раз на этот фестиваль мы с Мишей и сделали свою первую настоящую дему, с которой и выиграли впервые.

Наш дуэт создавался именно ради этой одной идеи, и больше мы вместе ничего уже не делали. У Миши еще тогда был никнейм Survivor. Музыку нам написал наш друг из Перми – Иван. К этому времени у нас уже накопились кое-какие наработки, вот мы их собрали, выпустили первую толковую дему.

Ижайти:  А дальше?

А.К.: А дальше — следующий фестиваль ASCII, который проходил в 2002 году. Тогда всех победили ребята из Перми. Потом он проводился в 2004 году.

Параллельно мы успевали ездить на фестивали в других городах: в Питере был Chaos Constructions, в Нижнем Новгороде — DiHalt, в Казани – CaFe. Традиционно демопати проходили следующим образом: снимали кинотеатр и демы показывали на большом экране. В кинозале же ночевали те ребята, которым некуда было идти в незнакомом городе – они разворачивали спальники, тусили всю ночь и спали прямо на полу.

Дема Power of Sound, с которой они выступали фестивале Computer Art FEstival 2002 (CAFe'02)

Кстати, с прошлого года DiHalt в Нижнем Новгороде проводится в новом формате: за городом на природе, на берегу озера. Все приезжают с палатками и отдыхают, купаются и загорают, параллельно общаясь и смотря демы.

[продолжение следует]

***

В следующей части интервью: история команды Skrju, много демок, и что в итоге со всем этим сталось.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news10312/ | комментарии — 7

Всем известно, что iOS и Android различаются на всех возможных философских и метафизических уровнях. Даже на уровне жизненного цикла: часто меняющаяся линейка android-аппаратов по некоторым соображениям куда дороже одноразовой покупки iOS-устройства. К этой теме подтолкнул пост Александра Ермолаева о том, «почему в премиум сегменте смартфонов долго не будет равных Apple»:

Всё очень просто, на телефон Apple проданный после 16 декабря 2006 года можно поставить iOS выпущенный 9 марта 2012 года!!! Ничего близко подобного другим ОС не светит даже в обозримом будущем… Точнее сказать, не светит Android, так как его политика развития и позиционирование сильно противоречат идеи того чтобы устройство работало долго…

Но если устройство надо менять, то зачем тогда покупать дорогое??? а если покупать дорогое, то логично ожидать его развития. Так что выбирая дорогой аппарат, который планируется использовать долго, получается, что пока выбора фактически нет…

Но сегодня мы не говорим, кто богаче и что дороже. А пробуем понять, как вообще c таким знанием находят компромисс разработчики приложений? И как от этого зависит жизнь приложения на конкретной платформе? Для этого я обратился нашим постоянным читателям и экспертам. И они рассказали следующее:

Ярослав Ложкин (yaroslavlozhkin.com)

Длительность жизни приложения не зависит от железки, она зависит от него самого. Через пару месяцев с момента приобретения сферического приложения iOS/Android в вакууме с ним расстается порядка 70% пользователей. Через полгода остаются стойкие 14%, через год — 4 лояльных процента. Чтобы приложение жило долго — оно просто должно быть хорошим.

Если говорить о железе, то имеет смысл говорить скорее об охвате аудитории и при разработке ориентироваться на наиболее низкую версию платформы, с которой приложение будет работать стабильно, без ущерба функциональности и планам по его дальнейшему развитию.

Важно также найти такой баланс, чтобы стоимость и сроки разработки не сильно увеличивались в угоду поддержки старых прошивок. Старикам тут не место — это как раз про Apple, например, у которого суперлояльная аудитория, резво скупающая новинки, где старый девайс — скорее исключение. Для амбициозных разработчиков на iOS вообще актуально ориентироваться на последние версии и горячие беты — использование новых возможностей в приложении повышает вероятность оказаться в Featured на App Store.

Дмитрий Плетнев коммерческий директор (ЦВТ)

Суть в том, что разрабатывать можно и для старых и для новых платформ. Мы, например, при разработке серьезных приложений ставим ограничения как по ОС, так и по модели телефона. Это применимо к обоим платформам, но есть специфика, разумеется.

А что касается особенностей продления жизниненого цикла приложения: там все также как с браузерами. Чаще всего на андроидах бывают проблемы с поддержкой нового устройства, а не с поддержкой нового ПО. Серьезной разницы нет — вышла новая ось, допилили под нее. И все живет.

Станислав Чуйко, начальник отдела разработки БИТ «Мастер».

Чехарда с устройствами в случае Android в целом не сказывается ни на стоимости разработки, ни на стоимости поддержки, более того — стимулирует развитие конкурентов. Все равно под iOS разработка дороже. С Android'ом даже как-то интереснее: здесь с каждой ревизией ОС появляются новые фишки и возможности. Необходимо максимально быстро их ловить и внедрять в свои решения.

А продлевать жизнь приложениям можно с помощью массы инструментов: того же маркетинга, экспериментов с бизнес-моделями, постоянного повышения качества ПО и чуткой его поддержки.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news10008/ | комментарии — 4

Пару недель назад я встречался с Андреем Донских, чтобы расспросить его о том, чем продиктован его столь глубокий интерес к блогерам и их местам обитания. Он-то про эту встречу рассказал куда раньше, но мельком, а я вот только сейчас, но куда основательней.

За пару последних месяцев группа Донских вывела в сеть сразу две амбициозные площадки: stopudovo.info и economica.pro. Что это такое и почему это интересно удмуртским интернетам — пытаемся выяснить сегодня.

Ижайти: Новые стартапы в республике появляются не так уж часто, поскольку есть стойкое ощущение, что интернет-публика уже давно пресытилась всяческими информационными проектами и сервисами, повторяющими сами себя. Почему вы так стремитесь ворваться в этот сегмент коммуникаций?

А.Д.: Если честно, я считаю, что это абсолютно ошибочное мнение – что аудитория пресытилась. У нас до сих пор нет в необходимом объеме интересных и новостных ресурсов. Есть скандалы, интриги, расследования — то, что изначально привлекает аудиторию. А аудитория хочет получать более качественный контент. И вот здесь появляемся мы.

На самом-то деле стартапы у нас запускать очень просто, нужно всего три составляющие: цель, концепция, контент. Если три эти момента есть, все остальное запускается просто на автомате. Все пытаются заказать сторонним разработчикам сайт, описать, какой функционал хотят видеть, а сами смутно понимают, чего хотят в итоге получить. А разработчики не знают, что ж они в итоге должны сделать — даже если написано тех.задание.

Случился определенный революционный прорыв, когда реализовывать свои идеи в интернете стало возможно без ИТ-специалистов. Во-первых, социальные сети поменяли ситуацию, во-вторых, появились те самые свободные платформы-движки. Если у меня есть осознание цели, есть концепция и контент, то мне это позволяет обойтись без ИТ-специалистов. Существенно сокращается время, устраняются все возможные ошибки.

Ижайти:  Вы позиционируете stopudovo.info, как некий индекс блогосферы региона, дайджест публикаций в сети? Какую главную задачу решает этот дайджест?

А.Д.: Вот сейчас идет блогерская премия, у нее не получилось добиться особой массовости, но, опять же, это ведь первый опыт. Тем не менее, 60-70 блогов участвуют. Это хорошо. А потом возникает вопрос: а что с этим будет дальше? Ну, в ладоши похлопают, вручат статуэтки. И вот тут появляется stopudovo.info – площадка для  мнений, но не официальная, без глубокой рефлексии.

На сегодняшний день, помимо блогеров, которые участвуют в премии, уже есть порядка десяти авторов, которые просто говорят «мы хотим, чтобы наши блоги тоже мониторились».

Ижайти: А по какому принципу они будут мониториться? Кто принимает решения?

А.Д.: Сейчас уже некоторые авторы пишут мне письма, почему не все их посты попадают туда. Это говорит о том, что помимо того, что человек пишет в своем блоге, ему нужно признание, ему нужно продвижение, нужна какая-то оценка. И здесь мы уже говорим: «ребят, как бы, мы будем брать, что называется, самое интересное, какие-то резонансные материалы».

У нас есть контент-менеджер, который сидит, смотрит и не делает реверансы в сторону какого-то там одного автора, не допускает перегибов, которому говорим: «слушай, вот есть 70 блогов, которые ты читаешь, вот эту тематику посмотри».

Ижайти: Почему удмуртским блогерам будет интересно попасть на stopudovo.info? Будут ли авторские вознаграждения?

А.Д.: Мы не будем платить вознаграждения на stopudovo.info. Задача ресурса — сделать авторов читабельными. Это дает им возможность монетизировать свои блоги. Любая монетизация блога – это трафик. Ты пиши интересно. Тебя читают, тебе дали известность – и вот у тебя есть возможность уже зарабатывать на партнерках, продавать рекламу, ссылки.

Поставить красивую кнопку, означающую, что «материалы моего блога вы можете прочесть на stopudovo.info» – это будет еще одним элементом признания.

Ижайти: У вас был еще один деловой стартап – «Бизнес Ньюс» (http://business-news.ru/). Если я не ошибаюсь, вы передали его другим ребятам. Economica.pro – это новый «Бизнес Ньюс» или нечто совершенно новое?

А.Д.: Почему, в свое время мы отдали business-news, причем, не просто отдали, мы его продали? Просто движок его устарел, и мы не могли сайт монетизировать. Особенно когда начались реальные предложения: «ребят, у вас хороший ТИЦ, хороший ранг страниц, у вас там все хорошо, давайте работать вместе». Мы обращаемся к разработчикам, а разработчики говорят нам: «это сделать нельзя».

Плюс к этому домен business-news.ru был не очень удачным. Его сложно продиктовать вслух — он через дефис. Объяснять, как правильно писать домен – это, опять же, лишние временные затраты. А домен stopudovo, кстати, был куплен 4 года назад. Мы ждали шанса им воспользоваться.

Ижайти: Какие лично ваши цели в развитии стартапа economica.pro? Какую нишу в деловых СМИ она займет, по-вашему? 

А.Д.: Смотри, stopudovo.info – это, скажем так, аудитория Вконтакте, молодежная. Сейчас мне нужен трафик для продвижения основного бизнеса. Это даст возможность предоставления заказчикам определенных комплексных услуг. И здесь появляется уже концепт economica.pro.

В economica.pro мы избегаем ошибок, которые были на business-news. То есть вот там задача все-таки занять нишу корпоративных новостей, корпоративной аналитики. Нас интересуют корпоративные новости бюджетообразующих компаний и тех организаций, которые являются действительно нормальными налогоплательщиками. Поэтому новости а-ля «Молочный киоск» мне не интересны.

У нас вот сейчас есть авторы, которые пишут только на economica.pro, и вот здесь мы им платим авторские отчисления. Текущие авторы – это люди, которых не заметили в других проектах. Люди, которые писали аналитику, которые 15 лет мониторят сферу банковского сегмента в Удмуртии, знают свободно английский язык, участвуют в производстве.

При этом наши интересы касаются не только Удмуртии, но и ближайших регионов, куда, опять же, интересно попасть группе Донских. Нужно понимать, что консультантов никто просто так в регионы не пустит: нужен либо какой-то там мега десант, либо о тебе должны кричать федеральные СМИ.

Но мы работаем с корпоративными клиентами, мы не проводим открытые тренинги. Нам не нужны полные залы, мы работаем в рамках хороших серьезных консалтинговых проектов с крупными предприятиями. Этим предприятиям точно так же нужны каналы по воздействию, по продвижению. Stopudovo.info и economica.pro – как раз то, что нужно.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news9211/ | комментарии — 18

Сегодня публикуем давно обещанное интервью с Олегом Вылегжаниным, основателем и владельцем ЦВТ, директором ижевского филиала EPAM Systems, председателем правления АРКИТ УР — некоммерческого партнерства ИТ-компаний Удмуртии. Вот как раз о деятельности АРКИТ мы будем сегодня говорить. А еще будем говорить чуть-чуть об ИТ-кадрах, о попытках консолидации ИТ-бизнеса и его региональной специфике.

Ижайти: Олег, правильно ли я понял: АРКИТ – в противовес всем инкубаторам – создавался для того, чтобы ИТ-сообщество бурлило и развивалось не в тепличных и льготных условиях, а на серьезной почве для общения и развития.

О.В.: Да. Это проект с глубокой историей. Да и сам проект — «Ижевск ИТ-шный» — для меня начался не вчера. Он начался много лет назад и продолжает оставаться актуальным. Это то, ради чего создавалось ЦВТ, это ради чего сюда был привезен EPAM, это то, ради чего создавался АРКИТ. Более того, попытки создать такие отраслевые организации уже были — и не мало. Ну, вот Клуб ИТ-директоров Удмуртии – такой пример.

Ижайти: У Клуба ИТ-директоров другая же миссия – как-то позволить ИТ-сообществу идентифицировать себя и начать развиваться на более высоком над-профессиональном уровне.

О.В.: Да, надо все-таки отталкиваться от миссии. Вообще «Клуб IT-директоров» как термин возник задолго до того, как он был создан. Это еще обсуждалось на уровне Администрации города в свое время. Александр Зензинов, еще будучи начальником Управления по информатизации Администрации г. Ижевска и ряд других людей делали убеждали власть в том, что нужна некая дискуссионная площадка. Тогда мы это тоже называли «Клуб ИТ-директоров».

Но я отошел от этого процесса достаточно быстро, потому что суть Клуба ИТ-директоров — это лоббирование и защита интересов потребителей ИТ-услуг, а я всегда был, наоборот, провайдером. Соответственно, это не моя тема абсолютно. Поэтому я отошел от нее. Через некоторое время Зензинов и Денис Келейников все-таки создали этот клуб.

На фото: Денис Келейников на неформальном мероприятии ИТ-массонов после второго всероссийского CIO-конгресса «Родниковый край-2010» (и далее все фото из этого конгресса)

Причем, я помню время, когда об организованном общении ИТ-компаний в принципе даже речи не шло, потому что эти компании были разрознены, и самосознание у них было еще достаточно слабое. И вот, более года назад, мне все-таки удалось пригласить (уговорить, скажем так) ряд директоров ИТ-компаний.

Ижайти: А что изменилось, почему получилось наконец-то такую организацию создать?

О.В.: Ну, во-первых, самосознание компании выросло. ИТ-шники Ижевска стали сталкиваться с проблемами и ситуациями, в которых не хватает мощностей одной компании. Это и объединение на фоне угрозы со стороны внешних вендоров, которые приходят вместе с госзаказами, федеральными проектами, и так далее. Ведь надо понимать, что основная суть АРКИТА в том, чтобы лоббировать интересы именно местного ИТ-бизнеса. Не для того, чтобы пилить деньги, как может кому-то показаться, а именно для того, чтобы не дать местному бизнесу сгинуть на фоне прихода таких монстров, как Ростелеком, например.

Соответственно, нам нужно уметь добывать себе в этой ситуации место под солнцем, и суть АРКИТА как раз в том, чтобы такие задачи решать.

Отдельно взятым компаниям едва ли просто выстраивать диалог с властями — это может классифицироваться как субъективная поддержка отдельно взятого поставщика или интегратора. Чиновники понимают это и стараются избегать прямых контактов с представителями компаний. А АРКИТ, как некоммерческое партнерство, предлагает достаточно удобный механизм диалога. Властям комфортнее работать с некоммерческим партнерством, которое представляет интересы ИТ-бизнеса.

Хотя, опять же, было время, когда при упоминании слова «ИТ-бизнес» меня спрашивали: «Какой ИТ-бизнес? У нас что, есть ИТ-бизнес?!»

Ижайти: И как партнерство помогает региональным компаниям каким-то образом выдерживать конкуренцию и авторитет федеральных интеграторов и «выбивать» у них проекты?

О.В.: Был диалог с Ростелекомом, была высказана озабоченность, что те решения, которые приносят Ростелеком, и те вендоры, которые вместе с ним приходят, вполне можно заменить нашими ресурсами. Это и проще, и эффективнее, и дешевле. Ростелекому, конечно, это не очень удобно, потому что у них подписаны договоры по всей России с обслуживающими организациями. И менять вот эту инфраструктуру, добавлять региональных вендоров, конечно, особо никому не хочется.

АРКИТ обращается в Министерство: «ребят, ну, вообще-то, мы же не хотим похоронить местные компании?» Это все-таки существенная часть экономики республики. Да, сейчас уже это однозначно существенная часть экономики республики!

Приглашаем представителя Ростелекома, объясняем ему, что не совсем правильно, когда ваши решения безальтернативны. Но это же не значит, что мы должны хоронить свой бизнес. Давайте договариваться!

Ижайти: Были ли какие-то препятствия или проблемы в самом начале общения с Министерством информатизации и связи?

О.В.: Никаких проблем, потому что Министерство с пол-оборота поняло ценность такой организации и, когда я пришел, сказал, что «Господа, вот у нас есть идея создания такой ассоциации. Вы как к этому относитесь?» Реакция была мгновенная: «Здорово».

В принципе, к тому времени директора более-менее, так скажем, серьезных компаний уже побывали у министра, отметились, попытались делать какие-то со свои предложения. Естественно, Министерство уже испытало давление «А как так, вы закупаете компьютеры там-то, а не у нас? Вы же можете это у нас. Вы только не проводите там конкурс. А давайте, вы отдадите нам разработку тендерной документации…»

Мы все знаем, что так поступают многие коммерсанты. Я в этом смысле очень хорошо понимаю чиновников и то давление, которое они испытывают. Не надо вести диалог с каждой отдельно взятой компанией, мы это возьмем на себя. Ведите диалог с одним АРКИТОМ.

Ижайти: АРКИТ берет на себя функции посредника, но в итоге проект или какой-то подряд осуществляет конкретная компания?

О.В.: Либо ряд компаний. АРКИТ является именно неким провайдером, организующим посредником, который облегчает жизнь чиновникам, избавляет их от конфликтов между коммерсантами. Конечно, в тендерах будут участвовать коммерческие компании: участие в АРКИТ никакой свободы коммерческой не ограничивает. Но мы и не говорим, что если ты в АРКИТЕ, то ты не должен участвовать в тендерах или конкурировать с любыми другими его участниками.
АРКИТ – это инструмент, применяйте его. Но это инструмент с мозгами, который сам скажет, как работать и на каких условиях.

Ижайти: А какие-то проекты в пример можете привести, которые удалось продвинуть?

О.В.: Честно говоря, год был постановочный, то есть мы в основном осознавали, что мы натворили. Мы — одно из самых больших таких достижений — очень серьезно обострили вопрос по качеству подготовки студентов. Почему? Потому что для Удмуртии сейчас основным таким вектором развития, основной составляющей развития являются хорошие, качественные, хорошо подготовленные ресурсы, люди.

Мы, к сожалению, не располагаем, как та же Казань, каким-то историческим наследием. Там был завод, кадры, производственные мощности. И когда в 90-е годы растаскивалось имущество, этот завод купил Fujitsu через свое доверенное лицо и организовал там ICL, свернув производство полностью и переведя все это на обслуживание своих задач.

То есть инвесторы туда пришли гораздо раньше, и мы понимаем почему. К нам, к сожалению, этот сценарий был неприменим. Во-первых, закрытый город. Во-вторых, ну кто даст Радиозавод продать кому-нибудь?

Зато у нас очень сильная инженерная математическая школа. И этот потенциал надо реализовывать, не терять, развивать. Поэтому мы в первую очередь поставили вопрос ресурсов, качества подготовки, позиции вузов. Мы очень много общались, мы узнали очень много внутренних регламентов, правил, принципов, гласных, негласных, психологию…

Ижайти: Министерство тоже какие-то инициативы планирует по поводу подготовки кадров.

О.В.: Это как раз и есть результат совместной работы. Когда мы заострили внимание на проблеме, Министерство, надо отдать должное, нас в этом плане очень сильно поддержало.

Министерство экономики, например, никогда не рассматривало ИТ-сектор как серьезную составляющую республиканского бизнеса. Но на то были, конечно, основания. За 10 лет ситуация очень сильно изменилась, и сейчас то количество налогов, которое выплачивается предприятиями ИТ-сектора, существенно выросло. Ну и плюс то количество рабочих мест, которое предоставляет ИТ-сектор республике — уже достаточно существенно.

У нас и Министерство-то появилось одним из последних из всех регионов. И мы понимаем, что оно было создано, по сути, под давлением федералов: «ребят, у всех есть, а у вас все еще нет. Как вообще с вами работать?»

Ижайти: Получается, Министерство появилось внешняя реакция государства на растущий ИТ-бизнес? А внутренняя потребность самой республики была?

О.В.: Внутренняя потребность, конечно, была, но всегда должна быть последняя капля. Этой последней каплей стала инициатива федералов: реализовывать программы, связанные с автоматизацией госорганов, без наличия региональных министерств невозможно.

До этого Министерство экономики в лице Натальи Огневой очень долго держало фронт, и надо отдать должное, она это делала профессионально. Но это уже дела прошлые. Многие ругали тогда Министерство экономики, что нет никакой инициативности, нет никаких проектов в республике, не выделяется денег и прочее.

Но, если посмотреть на эту же ситуацию изнутри, то могу сказать, что регион атаковали практически все вендоры — начиная от Microsoft и IBM и заканчивая какими-нибудь новосибирскими компаниями. Они приходили в регион и говорили: «С вас столько денег, а с нас электронное правительство в полном объеме». Соблазнов потратить бюджетные деньги было огромное количество. И Удмуртия тогда заняла достаточно четкую позицию: пока не будет вменяемого федерального законодательства, свои деньги республика тратить не будет, какие бы песни ни пели.

Да, были проекты по развитию коммуникационной среды, внедряли электронный документооборот — и это правильно. А электронного правительства здесь никто не строил, и из-за этого нас критиковали. Хотя те регионы, которые в свое время купились на красивые сказки и потратили достаточно существенные бюджетные деньги — никто из них электронное правительство не построил. Включая Казань. Его там нет, а деньги были потрачены.

Ижайти: Министерство существует чуть больше года, АРКИТ существует год — и обе организации декларируют поддержку регионального ИТ-сообщества. Смогли ли вы сформулировать специфику развития ИТ-сообщества Удмуртии?

О.В.: Одним из самых показательных, на мой взгляд, факторов, характеризующих республиканское ИТ-сообщество, является то, что у местных ИТ-компаний очень мала доля бизнеса в Удмуртии. То есть заказчиков ИТ-услуг в регионе крайне мало, и это имеет объяснение.

Многолетняя политика экономической изоляции, которую проводило республиканское правительство, привела к тому, что мы очень эффективно защищали интересы местных производителей, но и избавляли их от конкуренции. Там, где нет конкуренции, нет смысла вкладывать деньги в повышение эффективности информационных процессов. Ну как бы управлять можно и так, достаточно нанять очень недорогих бухгалтеров в количестве «-дцать» штук. Все нормально: конкуренты не поджимают, правительство стоит на страже границ республики.

Я так объясняю тот факт, что, не смотря на то, что мы индустриальный район, бизнеса здесь очень мало. Я не могу однозначно сказать, что правительство делало не правильно, потому что были и другие важные факторы. Но, тем не менее, последствия для ИТ-бизнеса такие: в регионе очень мало потребителей ИТ-услуг.

Ижайти: Ситуация-то меняется сейчас?

О.В.: Ситуация меняется, это замечает даже обычный гражданин. Федеральные сети приходят, строят свои склады, привозят сюда свои технологии, начинают потреблять и местные услуги. Мы сейчас, я думаю, стоим на пороге тех перемен, которые могут существенно повлиять на развитие ИТ-бизнеса.

Приходят потребители ИТ-услуг, обостряется конкуренция, местные компании тоже начинают думать, что, черт подери, нужно чего-то менять, нужно внедрять что-то! Более-менее на республиканском рынке стали появляться какие-то бюджеты.

У нас есть некое, скажем, сформированное ядро ИТ-бизнеса, и оно имеет потенциал к развитию, мы не прошли какую-то точку невозврата. Но это не значит, что не нужно защищать, не нужно лоббировать интересы местного бизнеса. Вот такие перемены я на сегодняшний день вижу, а госконтракты – это отдельная тема, тоже неоднозначная.

Ижайти: Ну и в финале бы хотелось спросить по поводу планов партнерства на ближайший год, помимо того, что кадровые инициативы будут развиваться?

О.В.: Вот вы сегодня были свидетелем того, что появление представителя АРКИТ и Министерства информатизации воспринимается уже очень серьезный наезд. То есть нас не игнорируют однозначно, потому что год общения в стенах Министерства и все те дебаты, которые были по качеству подготовки специалистов, были не впустую. АРКИТ обдумал такие мероприятия, как создание рейтинга факультетов от работодателя. Просто вузы заявляют прямым текстом: «Мы исполняем госстандарт, мы не можем готовить некачественно, потому что по всем статьям мы удовлетворяем госстандарту, у нас все нормально. У нас олимпиадники…»

Ижайти: …О которых почему-то мало что слышно в последнее время.

О.В.: Они блистают то там, то сям, но надо понимать, что в производстве эти люди абсолютно малоприменимы.

Ижайти: Потому они в Удмуртии и не остаются: то в Microsoft, то в IBM, то еще куда подаются.

О.В.: А дело в том, что там для них есть работа, а здесь нет. Никто не скрывает, что у нас здесь в основном производственные площадки и очень мало научно-исследовательской работы, ее практически нет. Вот одна из задач АРКИТА – все-таки реанимировать эти процессы, исследовательскую, научную работу.
Еще важная задача – это профориентация. Мы, естественно, хотим, чтобы как можно больше школьников выбирали профессию программиста или ИТ-специалиста, аналитика, не важно. Вот мы и хотим рассказывать об этих профессиях, мы хотим, чтобы у людей было понимание, что для них есть работа здесь. Сегодня количество рабочих мест, которые готов предложить региональный ИТ-бизнес, существенно превышает то количество людей, которые могут эту работу делать.

Опять же, это тоже моя позиция. Всякие инициативы, проекты, в которых ИТ может быть применимо, мы всегда рассматриваем с удовольствием, чтобы все-таки не просто декларировать, что Ижевск – дыра, здесь ничего не происходит. Мы же сами решаем, чему здесь происходить, а чему не происходить.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news9170/ | комментарии — 13

Мы последовательно доводим до широкой публики мысль о том, что в Ижевске творятся удивительные вещи, о которых знает только узкий круг людей. Пару месяцев назад мы познакомились с ижевской компанией Zala Aero, которая уже несколько лет развивает собственные (!) решения в области беспилотных летательных аппаратов и различных систем на их основе. Таких компаний в Ижевске две, вторая — Ижмаш Беспилотные Системы — совершенно секретная и закрытая для случайных людей компания. А вот в Zala Aero вполне согласились пообщаться.

Мы встретились с Максимом Шинкевичем, заместителем генерального директора, и Ринатом Шайдуллиным, ведущим менеджером по продажам, которые рассказали о компании и ответили на несколько наших вопросов. Правда, изначальный план редактора побеседовать о каких-то глубинных процессах разработки беспилотных систем провалился, как только он увидел сами летательные аппараты — потому разговор получился просто о самолетах и о том, как их делают. Хотел поговорить о программировании, а получилось вполне популярно — всем любителям авиации и моделирования будет интересно.

Ижайти:Переходим к сути: в чем фишка работы над беспилотными летательными аппаратами и как попасть в этот бизнес.

Максим: Наша компания уникальна не только для Ижевска, но и для всей страны. Большинство компаний, которые присутствуют на рынке беспилотных систем — это, как правило, наследие крупных промышленных монстров советских времен, которые были либо выкуплены, либо разделены. Либо какая-то группа специалистов ушла оттуда и занялась новым направлением. У нас же все наоборот – мы выросли из группы 5-6 инженеров и авиамоделистов, которую возглавлял Александр Захаров, чемпион мира по вертолетному спорту.

Ижайти: Как вообще попали в отрасль?

Максим: Первоначально был заказчик, которому хотелось попробовать в своей работе беспилотную систему и с которым мы вели активные переговоры. А потом Александр Захаров, который к тому времени уже много поездил, на основе многочисленных переговоров с представителями зарубежных компаний в сфере беспилотных систем (англ. – «Unmanned Systems») , пришел к выводу, что рынок автономной техники не только вызывает пристальный интерес общественности, но и несет в себе глобальные перспективы, способные изменить современное представление о месте роботов в повседневной действительности.

Один из первых наших проектов – научно-исследовательская работа по возможностям применения беспилотных летательных аппаратов на объектах Газпрома. Это был 2006 год. Мы быстро провели достаточно глубокий анализ схем и механизмов применения, цен, комплектующих. Проведя ряд демонстрационных полетов, мы удачно завершили ряд исследовательских работ, после чего материалы были переданы заказчику. На основе полученных результатов в дирекции Газпрома, уже в следующем году было принято решение о продолжение проекта. Мы вышли на опытно-промышленную эксплуатацию с нашими системами и с тех пор, совместно с нашими коллегами из «Газпром Космические Системы», развиваем направление для нужд холдинга.

Чуть ранее мы приняли участие на международном московском авиасалон в Жуковском, где представили свои вертолеты (там, кстати, нас Газпромовцы и заметили). Осенью побывали на выставке Интерполитех, где МВД и ФСБ традиционно демонстрируют свои новую технику и разработки. Рашид Нургалиев является ее постоянным посетителем, поскольку это профильная выставка. Мы показали ему свою технику, рассказали о возможностях, в результате в 2006 году мы поставили первый комплекс службе МВД, который уже использовался для обеспечения безопасности проведения саммита большой восьмерки в Санкт-Петербурге.

Тогда еще почти не было нормативной или законодательной поддержки у таких систем, даже в федеральных авиационных правилах отсутствовало такое понятие как «беспилотный летательный аппарат». Однако Рашид Нургалиев проявил свою дальновидность и во многом поспособствовал развитию беспилотных систем на государственной службе, что для нашей организации стало признанием нашего труда и основой для дальнейшего развития.

Ринат: С тех пор наши беспилотные системы используются министерством внутренних дел как для охраны порядка во время крупных мероприятий, для наблюдения за транспортными сетями, для решения оперативных задач в на Кавказе, в пограничных службах. Сейчас активно ведутся работы в рамках подготовки к зимней олимпиаде в г. Сочи.

Ижайти: Насколько сложно попасть на рынок беспилотных систем? Есть ли там место новичкам?

Максим: На сегодняшний день, если обратиться к списку активных участников международных выставок , на рынке присутствует порядка 50 компаний, которые определяют и формируют отрасль, задают общий вектор развития. Но в действительности, число игроков рынка даже меньше – ведь один-два беспилотника сделать довольно просто, а заниматься масштабными проектами с массовым производством аппаратов и осуществлять их поддержку и сопровождение сможет далеко не каждый. Ресурсов хватает не у всех. Плюс законодательство сильно изменилось – для разработки и производства авиационной техники теперь требуется лицензия.

Как и в любом другом бизнесе, ты начинаешь работать, вроде все замечательно – и вдруг выясняется, что есть куча организаций, требованиям которых необходимо следовать.

Ижайти: Если взглянуть на соотношение ведомственных и гражданских проектов, то чья доля окажется больше? Кто основной заказчик?

Максим: Подавляющее число заказов у государственных заказчиков, поэтому, понятно, что на рынке систем безопасности не может быть случайных компаний. Основные покупатели и пользователи таких решений – полиция, минобороны, ФСБ, МЧС. Очень востребованы беспилотные системы в департаментах лесного хозяйства. На третьем месте отрасли — нефтегазовой и электро-коммуникационной направленности. Последние, будучи коммерческими организациями, не имеют такого широкого доступа к радиочастотам, всяческим разрешениям на полеты, как силовые ведомства, но и это не является достаточным препятствием для внедрения БЛА в коммерческие организации.

Ижайти: Плюс есть еще законодательные запреты?

Максим: Даже выпуская из окна своей квартиры маленький бумажный самолет с моторчиком, вы нарушаете федеральные авиационные правила. А беспилотник – это уже куда серьезнее.

Ижайти: Авиамоделисты, получается, тоже вне закона?

Максим: По идее, они тоже все нарушители – летают над городом, над людьми. Хотя, в советские годы у нас были специальные площадки для таких испытаний. Вообще небо в нашей стране всегда было закрыто.

Ринат: Хотя сейчас в сфере частных гражданских авиаперевозок уже не так все сложно. Действует уведомительная система, когда владелец самолета просто уведомляет о предстоящем вылете диспетчерскую службу. А вот с беспилотниками пока присутствует некий законодательный вакуум.

Ижайти: Спектр применения беспилотных систем сейчас расширяется?

Максим: Конечно. По ведомственным задачам – все понятно. А если говорить о гражданском применении, то все чаще подобные решения применяются при мониторинге нефте- , газопроводов, различных коммуникаций. Также это учет земли, полей, лесов, мониторинг численности животных, картографирование. Беспилотные аппараты пока частично, но уже громко заявили о себе на рынке авиационных услуг и, в силу своей компактности и экономической выгодности, довольно серьезно могут составить конкуренцию традиционной авиации.

Вот, кстати, когда летом склады у нас взрывались в Пугачево, над пожаром летали беспилотники, которые мы проектировали. Картинка с этих аппаратов потом транслировалась по телевидению. Снизу, прямо под нашим БЛА, курсировал тяжелый пожарный Ил-72 МЧС России, поливая раскаленную землю складов. И беспилотники, и самолеты экстренных служб выполняли свою определенную задачу.

Ринат: С помощью беспилотников проводятся различные исследования — мы ходили по северному морскому пути, запускали с ледокола самолеты и вертолеты, проводили исследования. Сейчас еще ставят на аппараты различного рода измерительные приборы – для химического анализа, например. Поступают разные предложения от НИИ в этом плане.

Ижайти: Можете описать географию работы ваших беспилотников, есть ли какой-то регион-лидер в области применения этих систем?

Ринат: География присутствия крайне широка – от Калининграда до Камчатки. Особенно много применяется в южных регионах, где неспокойная ситуация. Сейчас, вот, в Сочи – подготовка к Олимпиаде. А так традиционно Москва, Поволжье. Во многих городах летают наши самолеты, работают по угонам автомобилей, на лесных пожарах, паводках, поиске браконьеров.

Ижайти: А какое самое необычное применение беспилотных систем было в вашей практике?

Максим: Никто не позволяет себе играть с беспилотниками, системы стоят приличных денег и заказчики экспериментов себе особо не позволяют. Бывали звонки, когда хотели прикупить аппарат для ребенка, но как узнавали цену – сразу отказывались.

Ижайти: Можете ли выделить качественные изменения в решениях, представленных на рынке беспилотных систем? Какие-то тренды, модные веяния?

Максим: Они мало отличаются от технологических трендов во всех других отраслях. Это, прежде всего, миниатюризация, переход на цифровые каналы, широкополосные средства передачи данных, HD формат.

Ижайти: Расскажите о том, как организован ваш типичный проект по созданию аппарата, какие стадии проходит?

Максим: В этом процессе участвует довольно много специалистов. Начинается все с постановки задачи и требований к аппарату. Затем задача делится на части: в работу включается инженер, который разрабатывает сам планер и просчитывает его аэродинамику, он общается с инженерами по полезной нагрузке, которые рассчитывают распределение массы, пропорции по весу и так далее. Отдельные специалисты прорабатывают прочность аппарата, рассчитывают, сколько слоев надо стеклоткани, сколько углеткани, следят, чтобы корпус был не утяжелен. Потом прорабатывается электрика, потом электроника — пилотажно-навигационный комплекс. В этот момент подключаются программисты, пишут прошивку для электроники. Отдельные разработчики проектируют наземные системы, обработку данных, интерфейсы, трекинг и так далее. Потом идут испытания.

Ижайти: Есть ли специфика в разработке стандартных проектах?

Максим: Вообще, у нас нет стандартных проектов — все разные. Например, улучшение видеосигнала может идти по двум направлениям: либо нам надо сделать новую камеру с новой стабилизацией, либо разработать новую систему электронной стабилизации на земле.

Специфика у нас одна, точнее целый ряд – это ГОСТы на документацию, на железо, на производство и т.д. Вот, к примеру, решил заказчик приобрести некий летательный аппарат для своих целей. Мы анализируем запрос, смотрим – реализуем ли проект в принципе. Большинство заказчиков хотят, чтобы самолет и в воде не тонул, и в огне не горел, и летал долго в температурных условиях от -50 до +50 градусов. На самом деле, это реализуемо, только такой аппарат будет сделан из «чугуния», сможет летать всего 10 минут и запускаться должен «силой джедаев». Ну, это так, лирика.

Когда мы понимаем, что проект реализуем, то просчитывем его стоимость и начинаем разработку. Сначала на бумаге, потом на компьютере, проводим продувку на компьютере, потом собираем тестовую модель, испытываем, смотрим, как летает. Автопилот у нас уже есть, мы его заново не разрабатываем. Наше основное преимущество в нашем универсальном пилотажно-навигационном комплексе, который мы можем установить на любой аппарат, неважно самолет это или вертолет. А потом летать-летать-летать, испытывать, вносить изменения в конструкцию, если надо. После доработок сдаем заказчику.

Ижайти: И заказчики постоянно вносят корректировки?

Максим: Да. И за это мы им отдельно благодарны. Мы же гражданские люди — разработчики, все делаем так как кажется правильно нам, а когда приезжают люди совсем другой профессии уже с опытом эксплуатации наших беспилотников – мы всегда признательны за советы как лучше разместить кнопки, изменить интерфейсы и прочее. Обратная связь у нас хорошая.

Ижайти: Все этапы проекта вы осуществляете своими силами? Сторонним разработчикам ничего не передаете?

Максим: Мы готовы отдать часть сборки на аутсорсинг, просто пока некому. К тому же все, что требует от нас заказчик, мы способны качественно сделать самостоятельно.

Ижайти: А сборку готовых аппаратов вы тоже целиком сами осуществляете?

Максим: Конечно. У нас есть для этого базы, на одной из них мы как раз сейчас и разговариваем.

Ижайти: И где только вы набираете столько разных специалистов?

Максим: Вот вы кто по специальности?

Ижайти: По образованию историк, по призванию пиарщик, а по деятельности – публицист.

Максим: Ну, вот мы сейчас с вами обговорим финансовые отношения – и можете приступать к работе.

Ижайти: Понятно, берете «самородков»?

Максим: В основном да. У нас работают совершенно разные люди, выпускники московского и казанского институтов авиации. Есть выпускники ижевских вузов. Ринат, вот, ваш коллега — историк. Разные регионы, разные люди.

Ижайти: Есть проблемы с кадрами?

Максим: Да, как и у всех. Есть и текучка, есть люди, кто работают постоянно.

Ижайти: А если читатели Ижайти захотят работать у вас...

Максим: Пусть отправляют резюме и, самое главное, рассказывают, что они успели в этой области достичь. Главная проблема в том, что люди не могут нормально рассказать о себе.

Ижайти: Чтож, в финале беседы хочется узнать, что ждет беспилотные системы в ближайшее будущее? Как российские решения заявляют о себе на международном рынке?

Максим: В целом, российские решения выглядят очень достойно в том классе, в котором работаем мы. Я не говорю о каких-то там ударных комплексах или аппаратах, способных летать больше суток — все-таки, такой техникой мы пока заниматься не можем в силу ряда обстоятельств. А вот наблюдатели у нас не хуже – ни по одному параметру, а по ценам – еще и лучше. При том, что 90% комплектующих все покупают на мировом рынке у одних и тех же производителей. Например, двигатели лучше делают в Германии, электроника идет из Азии. Цены на закупочные материалы у всех одинаковые, а стоимость готовых аппаратов у нас серьезно меньше.

А на рынке в целом каких-то принципиально новых вещей не произойдет, скачка ждать не приходится. Ждем роста рынка, развития законодательства и технологий, повышение числа проектов.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news8870/ | комментарии — 8

Технологическое развитие города и различных сфер его жизни — тема очень важная для ресурса, который носит в своем названии часть Ижевска. Потому в прошлом году мы начали пробивать аудиенцию у Дениса Агашина, известного блогера и главы Администрации города Ижевска, чтобы хотя бы приблизительно представить, куда все движется.

Конечно, мы предполагали, что затея со сбором вопросов для сити-менеджера очень рискованная. И не ошиблись: вопросы поступали в основном провокационные и мало связанные с ИТ, зато мы набрали массу весьма милых комментариев на марковских форумах. Тем не менее, несколько толковых вопросов все-таки задали на Ижайти и еще парочка пришла по электрической почте (на всякий случай: editor@izh-it.ru).

Поскольку тон беседы фактически задавали вы, дорогие читатели, то результат ее мы представим в виде последовательных ответов, сгруппированных по определенным темам. Авторов мы решили не указывать, тем более, что некоторые вопросы об одном и том же мы слили в один, потому спрашивать будет некий коллективный разум Ижайти. Часть вопросов по понятной причине осталась без ответов, однако они ни куда не делись — мы их непременно зададим уже другим людям. Уверяю, это отнюдь не последняя беседа Ижайти с представителем государственного сектора.

Итак, вам слово!

Массовые проекты

Ижайти:В России бурно набирают популярность crowdsourcing-проекты по обеспечению благосостояния различных общественных и социальных объектов. Например, дорог и улиц – РосЯма или StreetJournal. Почему сами городские службы или городская администрация не выступают инициаторами таких проектов? Есть ли вообще у администрации Ижевска какой-то опыт работы с механизмами crowdsourcing? Если нет, то существуют ли какие-то планы по освоению этой технологии?

Денис Агашин: Я знаком с этими проектами. Считаю их достаточно удачными, как образец обратной связи с жителями города. Думаю, что они могут быть полезными каждому жителю.
Мы тоже движемся в этом направлении. В 2011 году на официальном сайте города izh.ru в разделе «Городское хозяйство» создана страница «Земляные работы». Здесь вся информация, которую можно отнести к серьезной для города проблеме перекопов. В еженедельном режиме страница обновляется районными администрациями. Здесь представлены уличные ориентиры, сроки проведения работ, ответственные организации.

В 2012 году мы продолжим развивать этот проект. На сайте города планируется создание интерактивного сервиса «Земляные работы в городе Ижевске». Этот сервис предоставит возможность горожанам знакомиться с текущими земляными работами, проводимыми в Ижевске, просматривать на карте города места работ, виды и сроки работ, гарантийные обязательства. Будет облегчен поиск информации: по адресам, наименованиям организаций и т.д...

Ижайти: Некоторые ИТ-специалисты предъявляют претензии органам государственной власти за то, что значительная часть государственных статистических данных остается недоступной населению. В то время, как оперирование открытыми данными позволяет во многом обеспечить открытость и прозрачность деятельности власти. Например, в Москве есть проект открытого городского бюджета — budget.mos.ru. Как вы оцениваете практику предоставления открытых данных населению, есть ли какие-то перспективы в Ижевске? Например, показывать населению процесс исполнения городского бюджета?

Денис Агашин: Информация о деятельности органов местного самоуправления достаточно подробно раскрывается на официальном сайте города izh.ru. Существует раздел «Бюджет города», где представлены все документы о городском бюджете. Информацию о расходах бюджета Управление финансов размещает там же, но уже в еженедельном режиме.

Извещения о проводимых закупках и сведения о заключенных контрактах также публикуются в сети Интернет. Доступной информации очень много. Но Администрация г.Ижевска работает над тем, чтобы сделать доступ к этой информации еще более удобным для пользователей, надо добавлять интерактивности.

Строительство ИТ-объектов

Ижайти: Планируется ли создать полноценный ИТ-технопарк в Ижевске? Если не планируется создать ИТ-технопарк, то, возможно, пора об этом задуматься? Как вы оцениваете такую необходимость и возможность?

Денис Агашин: Насколько мне известно, вопросы строительства технопарков в сфере высоких технологий включены в республиканскую целевую программу «Развитие информационного общества в Удмуртской Республике до 2015 года», но средств в прошлом году на эти цели предусмотрено не было.
В любом случае, это задача интересная, но город в одиночку, без республиканских денег, признаюсь честно, вряд ли сможет потянуть этот проект.

Ижайти: Будет ли в Ижевске центр обработки данных?

Денис Агашин: Центр обработки данных, как и создание технопарка – это проект республиканского масштаба. Лучше этот вопрос переадресовать Министерству информатизации и связи УР.

Социальная сфера

Ижайти: Ведёт ли администрация какую-то работу по повышению уровня компьютерной грамотности населения?

Денис Агашин: Как я уже говорил, в Ижевске на базе одиннадцати школ в 2011 году было организовано обучение населения города Ижевска основам компьютерной грамотности. Если интересно, я перечислю эти школы: №№16, 17, 31, 34, 43, Лицей № 45, 46, 72, 80, Гуманитарно-юридический лицей № 86, № 87. 522 человека прошли обучение, сдали электронное тестирование и получили подтверждение о сдачи тестирования (сертификат курса). В нынешнем году этот проект будет продолжен.

Ижайти: Российские операторы связи приступили к разработке специальной кнопки вызова полиции – особого решения для мобильных телефонов, позволяющего экстренно связаться со службами правопорядка. Когда такое решение появится в Ижевске, как оно будет работать? Так же был проект установить стенды с динамиком и микрофоном в общественных местах для вызова полиции: как продвигается этот проект, какие риски и как они решаются?

Денис Агашин: По информации МВД России по УР данное приложение для мобильных телефонов находиться лишь в стадии разработки, поэтому в ближайшее время в г.Ижевске оно не появится, поскольку помимо разработки необходимо время для обкатки его в тестовом режиме. Как только оно появится, его сможет «закачать» себе любой желающий, независимо от места проживания. Данный вопрос решается на уровне МВД России.

Если развивать эту тему дальше, нельзя не отметить, что в стране с 2007 года реализуется программа по внедрению аппаратно-програмного комплекса «Безопасный город». Программа рассчитана с 2007 по 2012 годы и финансируется в основном за счёт средств субъектов РФ. Например, в Ижевске по этой программе уже установлено 63 видеокамеры, 33 из которых фиксируют правонарушения в области обеспечения безопасности дорожного движения, а 30 контролируют ситуацию в общественных местах.

Еще одним из сегментов Программы является проект «Гражданин-полиция». Он заключается в следующем: в общественных местах (в основном около крупных торговых центров) установлены стенды с динамиком, микрофоном и видеокамерой. Любой гражданин в случае необходимости может выйти на связь с правоохранительными органами. На сегодняшний день в городе функционирует 32 таких пункта для экстренного обращения граждан, 4 из которых установлены совсем недавно — в декабре 2011 года (ул.Гагарина-рынок «Сфера»; ул.9-е Января-магазин «Ижтрейдинг»; ул.Клубная-магазин «Айкай»; п.Машиностроителей-здание диспетчерской ТТУ).

Проблемы заключаются в том, что оборудование, установленное в основном в начале реализации программы, на сегодняшний день технически уже устарело и требует замены. Кроме того, пункты приёма информации «Гражданин-полиция» требуют замены на «антивандальные», поскольку выполнены из непрочных материалов и периодически приводятся в негодность некоторыми гражданами.

Ижайти: Существует концепция «Умный город», подразумевающая проникновение информационных технологий во все сферы жизни горожан, постоянный обмен данными, полная информатизация всех служб и сервисов на единой платформе. Думает ли администрация Ижевска над подобным проектом, готов ли город к таким изменениям и какие проблемы надо ему решить, чтобы осуществить этот проект?

Денис Агашин: Концепция «Умный город» это не только и не столько информационные технологии. Под концепцией «Умный город» обычно понимают инновационные подходы к обеспечению энергосбережения, планированию территории, построению транспортной системы, управлению зданиями, обеспечению безопасности, созданию систем управления городом и т.п. Конечно, без применения современных информационных технологий эффективное решение этих задач сегодня невозможно в любом городе.

Но нужно понимать, что информационные технологии здесь не цель, а средство. Конечно, Администрация г.Ижевска при поиске решения имеющихся проблем обязательно учитывает лучший отечественный и мировой опыт. Но, к сожалению, нет такой «волшебной» концепции, которая могла бы разом решить все имеющиеся проблемы. По-крайней мере за имеющиеся в бюджете средства. Есть ежедневная работа, которую Администрации г.Ижевска выполняет с целью сделать жизнь в Ижевске более комфортной, стараясь эффективно использовать для этого современные технологии, в т.ч. информационные.

Ижайти Как взаимодействует Администрация Ижевска с Министерством связи и информации УР? Какие совместные проекты, точки взаимодействия? Какими результатами уже можно похвастаться? А чего так и не смогли сделать?

Денис Агашин: Хорошо взаимодействуем. Ижевск во многих проектах министерства выступает в качестве пилотной площадки. Например, это касается перевода в электронную форму государственных и муниципальных услуг. Планируется, что с 1 июля 2012 года можно будет в электронной форме подавать документы для получения первоочередных услуг, позже это станет возможно и для всех остальных муниципальных услуг.

В 2011 начал работу сервис «Моя первая очередь» с помощью которого можно записать ребенка в детский сад города Ижевска. Конечно, не все с этим проектом было гладко. Его доработка еще идет, но услугой горожане уже смогли начать пользоваться прошедшей осенью.

Что касается системы образования, то в Ижевске в 11 школах апробируется ведение электронных журналов и электронных дневников учащихся, на республиканском образовательном портале открыты официальные сайты этих школ.

Транспорт

Ижайти: Реально ли чтобы город для повышения удовлетворенности жителей работой транспорта (в т.ч. связи с принятием жесткого закона о такси), включил в какую-то программу проект по разработке приложения для отслеживания движения общественного транспорта и использования его на инфокиосках (которые уже сейчас стоят во многих торговых точках близко от остановок)? И параллельно мобильное приложение для аналогичных целей.

Денис Агашин: Мы уже занимаемся этим вопросом. Позиции, о которых вы говорите, зафиксированы в Концепции организации и развития городского пассажирского транспорта общего пользования в г. Ижевске на 2011—2015 годы. Эта концепция была принята в апреле прошлого года и согласована с основными перевозчиками — ОАО «ИПОПАТ» и МУП «ИжГЭТ».
Мы еще в прошлом году ввели электронную систему оплаты проезда. А по состоянию на 1 января 2012 года сделано следующее:

1. создана республиканская диспетчерская служба по контролю за работой пассажирского транспорта,
2. ОАО «ИПОПАТ» приобретено и установлено на автобусы бортовое оборудование спутниковой навигации ГЛОНАСС.

В нынешнем году планируется организовать работу по диспетчерскому управлению перевозочным процессом ОАО «ИПОПАТ» и разработке системы информирования пассажиров о работе пассажирского транспорта (остановочные информационные табло, web-программы с предоставлением действующего расписания движения маршрутов).

Особо хочу отметить, что расходы на перечисленные виды работ будут осуществляться не из городского бюджета, а за счет иных источников финансирования.

Ижайти: Функционирование транспортных карт активно обсуждается в сети. Есть масса претензий – от невозможности пополнения карты безналичным расчетом до полной неработоспособности решения в определенных случаях. Как администрация Ижевска может повлиять на ситуацию? Когда наконец-то транспортные карты будут работать так, как надо?

Денис Агашин: Я соглашусь с вами, что внедрение транспортных карт не происходит гладко. Вообще, редко когда нововведения приживаются без проблем. Но важно помнить, что электронная система оплаты проезда – это современно, технологично, и что немаловажно, финансово прозрачна.

В 2011 году на всех видах пассажирского транспорта внедрена электронная система оплаты проезда. Ежемесячно 150 тыс. ижевчан пользуется транспортной картой, из них 10 % накопительной картой, так называемым «электронным кошельком». Из-за больших нагрузок, особенно в часы «пик», иногда происходят поломки мобильных терминалов у кондукторов. Вышедшее из строя оборудование оперативно заменяется специальными бригадами.

При поломках терминалов, действительно, некоторые неудобства испытывают владельцы «электронных кошельков», поскольку им необходимо оплатить проезд наличными. Работа с мобильными терминалами совершенствуется, количество жалоб от населения уменьшается и, я надеюсь, что очень скоро горожане привыкнут к этим нововведениям.

В рамках мероприятий по внедрению Социальной карты жителя Удмуртии, Удмуртским филиалом Сбербанка ведется проработка внедрения безналичной системы пополнения транспортных карт через банкоматы.

Интернет и коммуникации

Ижайти:Почему так медленно идет распространение Wi-Fi? Какие проблемы и как они решаются?

Денис Агашин: Не могу с вами согласиться. Еще совсем недавно Wi-Fi в городе был в считанном числе заведений, сейчас же он стал гораздо более доступным.

На сегодняшний день бесплатный доступ в интернет по Wi-Fi в публичных местах организуется операторами связи без привлечения средств бюджета города.
Кроме множества кафе, кинотеатров, торговых центров бесплатный Wi-Fi в Ижевске есть, например, на площади у Вечного огня, на площади перед Администрацией г. Ижевска. Мы предлагаем операторам связи активнее использовать для своего продвижения акцию по предоставлению бесплатного Wi-Fi в таких местах как парки, скверы, площади нашего города.

Ижайти: Почему так мало удмуртских чиновников открыто для общения через интернет? Чем можно объяснить такое нежелание чиновников общаться с населением через открытие площадки в сети? Это от недостатка понимания механизма или от страха сказать что-то «не то»?

Денис Агашин: Открываться для общения через Интернет, наверное, личное дело каждого отдельно взятого чиновника. Причины делать это или нет — у каждого свои. Но с течением времени я замечаю, что все больше руководителей, политиков, депутатов выходят в Сеть. Президент Удмуртии Александр Волков стал первым крупным республиканским политиком, кто завел свой блог.

Скоро будет год, как я занимаюсь своим «живым журналом», в сентябре открыл свою страничку в «Фейсбуке», есть у меня аккаунт и в «Одноклассниках». Знаю, что и в моей команде есть активные пользователи Интернета. В частности, мои заместители Александр Прозоров и Дмитрий Космин энергично осваивают «Фейсбук».

Если говорить об официальных каналах общения представителей муниципальной власти с горожанами, то и их достаточно. На сайте izh.ru более пяти лет работает интернет-приемная. Любой горожанин, не выходя из дома, может задать вопрос Главе города или Главе Администрации Ижевска, руководителям профильных структур.

Ижайти: Когда в Ижевске библиотеки начнут наконец-то предоставлять нормальные услуги через интернет?

Денис Агашин: С 2003 года библиотека им. Некрасова является участником общероссийского проекта «Виртуальная справочно-информационная служба публичных библиотек». С наиболее сложными запросами любой пользователь может обратиться к оператору виртуальной справочной службы, которая размещена на общероссийском информационно-справочном портале LIBRARY.RU и на сайте Некрасовской библиотеки (nekrasov.izh-cbs.ru)

Для жителей города доступны также услуги электронной доставки документов, что позволяет получить копии статей практически из всех журналов России и ближнего зарубежья, которых нет в фондах наших библиотек. Любой житель города может посредством Интернета получить консультацию, продлить срок пользования литературой, забронировать издание и заказать литературу по определенной теме.

В 2012 году планируется выставить на сайт электронный каталог нашей библиотеки для облегчения поиска нужной информации в фонде библиотеки.
Кроме того, сотрудники ЦМБ им. Н.А. Некрасова активно осваивают блогосферу, а именно на платформе blogspot.com создано два библиотечных блога: «Библиофэшн» (bibliofashion.blogspot.com) и «Первая электронная библиотечная газета «Libstory» (libstory.blogspot.com).

***

Это все ответы. Делать выводы и рассуждать об их сути можно в специально придуманных для комментариев местах внизу. Прежде, чем вы начнете, хочется добавить — мы планируем поставить общение с властью на постоянный фундамент. Поэтому в комментариях, помимо всего прочего, просим вас написать, с кем из чиновников вы хотели бы побеседовать в таком же формате? Мы непременно добудем этих людей для вас.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news8458/ | комментарии — 2

Московские дизайнеры уже успели сформулировать свое видение будущего веб-дизайна в 2012 году. Если кратко, то это: Тотальная мобилизация, Меньше “флэша”, Вместо текста — инфографика, Поддержка шрифтов, Меню в несколько столбцов. Особенно понравилась ремарка про QR-коды: «Хотите выделиться? Используйте на сайте QR-коды. Или покрасьте волосы в красный цвет».

Оценить эти тренды и высказать свое мнение мы попросили ижевских разработчиков.

Ярослав Ложкин (yaroslavlozhkin.com)

В общем и целом со всем согласен, разве что это тренды 2011 года, я не 2012. Добавить могу, что хорошо развивается курс на геймификацию, использование различных игровых механик, чтобы удержать пользователей и окружить взаимодействие с сайтом волшебством. В основном, на уровне виртуальных очков, многозначительных баджей. Естественно, это все влияет и на проектирование интерфейсов и дизайн.

Дмитрий Зубков (Yodiz)

Из перечисленного отдельно хочется отметить инфографику. В последнее время к нам часто обращаются заказчики, которые хотят видеть в своих презентациях информативные картинки. Особенно декабрь 2011, когда компании готовили отчеты. Лично для меня это было удивлением. Похоже, что инфографика будет в трендах.

Забвение флэша уж точно не намечается на ближайшие лет 5 — это мое субъективное мнение. Заказов становится только больше, не перестаю удивляться новым фишкам, которые делают наши дизайнеры. HTML5 еще очень сырой, да и инструмента, который бы позволил делать качественные работы с меньшими усилиями и затратами — еще нет. Согласен, флэш останется в прошлом, но не в 2012-ом.

Дмитрий Плехов (БИТ «Мастер»)

Как и любая другая сфера деятельности, веб-дизайн не стоит на месте. Бурное развитие мира мобильных гаджетов несомненно влияет на эволюцию веб-дизайна. Я считаю, главный критерий, являющийся толчком для развития мобильного веб-дизайна — юзабилити. На сравнительно небольшом рабочем пространтсве (экран мобильного устройства), пользователю не нужно ничего лишнего, ему важен быстрый доступ к информации и удобство.
Меню в несколько столбцов — тренд юзабилити. Инфографика и несколько новых шрифтов – вообще не думаю что это тренд. Удобочитаемость текста всегда важна. А вот QR-коды — это тренд.

Наталья Брызгалова (Лавка Фло)

Я соглашусь с тем, что:
— Сайты всё больше будут оптимизироваться под мобильные устройства. Только, мне кажется, надо не просто проверять, правильно или не правильно отображается сайт, но и делать специальные версии под популярные мобильные устройства, в которых полностью перерабатывать сетку страницы и количество блоков на странице.
— Всё больше будут использоваться подключаемые шрифты. И, открывая сайт без подключенных шрифтов, мы будем считать его «прошлым веком» ;)

Не совсем соглашусь с тем, что использование инфографики это тенденция и это надолго. На мой взгляд, инфографика это просто модно. Но так как особой пользы от неё нет, то и мода быстро пройдёт.
Добавить хотела бы только один момент. Мне кажется, всё больше будут усложняться (в хорошем смысле) интерфейсы сайтов и процессы взаимодействия пользователя с сайтом. За счёт возможностей jQuery/CSS3/HTML5, которые позволяют задавать любые формы, расположение и анимацию блокам интерфейса.
Так что если раньше, когда просишь верстальщика сделать какой-нибудь сложный эффект, можно было услышать, нет так сделать нельзя. Сейчас такого ответа уже не может быть. Сейчас сделать можно всё что угодно.

Тимур Миннахметов (9 утра)

Больше 3D
Это было трендом еще 2011 года, и немножко было трендом 2010. Благодаря нынешним технологиям все идет к этому. Штука классная, новая и интересная. Как долго она такой будет, лично мне не ясно. Ходить в интернет в 3д очках я не хочу.

Меньше “флэша”
Флэш убивает батарею моего старенького ноутбука. Если у меня открыта вкладка с любым, самым маленьким баннером на флэше, батарея начинает садиться в два раза быстрее, а таймер окончания заряда вместо трех часов начинает показывать полтора часа. Еще компьютер начинает бешенно жужжать вентиляторами. Свой ноутбук я люблю гораздо больше этой мнимой красоты. Дорогой флэш, сдохни пожалуйста побыстрее и спасибо за Масяню.

Вместо текста — инфографика
Да, да и еще раз да. Эта тема, которая прет всех, от нее балдеют даже местные маркетологи. Классно и современно, занимает мало места и, наконец, можно не делать унылый раздел «О компании» в стиле: «наша компания находится на рынке с 1957-го года, за это время мы сделали 2 новых платиновых унитаза». Все можно сделать гораздо интереснее. Тащусь.

Поддержка шрифтов
Играть со шрифтами мы будем больше. В плане технологий — хорошо. Больше нечего сказать.

Меню в несколько столбцов
Мне кажется или это тренд явно не 2012 года?

Из другого я могу сказать только про QR коды. В Ижевске в ближайшие 5 лет они не станут трендом. Слишком сложная технология для слишком ограниченного круга лиц в виде красноглазых пользователей андройдов. Явно не для всех. А если для всех, то явно не сейчас.

***

Думаю, вполне можно продолжить обсуждать тренды в комментариях.

__________________________________________________

© Ижайти | Автор поста: Павел Овчинников
http://izh-it.ru/news8243/ | комментарии — 6